Меню сайта







Генри начал впадать в бешенство. Его помешательство вышло наружу 11 июля. В тот день он созвал собрание пятисот ведущих управляющих. Заранее он не оповестил даже меня о цели такого чрезвычайного собрания.

Когда все собрались, Генри выступил с речью, в которой провозгласил: "Я капитан этого корабля". Наше руководство, сказал он, совершенно не справляется со своим делом. Высшим управляющим был я, следовательно, не вызывало сомнений, кого именно он имел в виду. Это было беспрецедентное собрание. Речь Генри была бессвязной и непоследовательной. Уходя с собрания, люди спрашивали друг друга: "В чем все-таки дело?"

После этого собрания все мы начали думать, что Генри сходит с ума. Всех охватило нервное возбуждение. Вся фирма оказалась в замороженном состоянии. Никто ничего не делал. Вместо того чтобы заниматься делом, люди стали пытаться вычислить, что, собственно, имел в виду Генри и чью сторону следует принять.

Хотя большинство представителей прессы не было осведомлено о перебранках в фирме, у наших дилеров сложилось определенное впечатление, что "неладно что-то в Датском королевстве". В Лас-Вегасе 10 февраля 1976 года состоялось собрание дилеров отделения "Форд". В протоколе можно прочитать: "В составе руководства "Форд мотор компани" проявляется слишком много политиканства, и это отрицательно сказывается на эффективности бизнеса дилеров... В настоящее время Генри Форд II не демонстрирует того вида разумного руководства, какого дилеры от него ожидают".

Дилеры выразили также озабоченность тем, что фирма не предлагает в достаточном ассортименте и количестве новые модели, а также тем, что они но отношению к дилерам "Дженерал Моторс" оказываются в положении "догоняющих".

В ходе моих столкновений с Генри дилеры совершенно четко продемонстрировали, что они на моей стороне. Но это только ухудшило положение. Каждое заявление дилеров в поддержку моей позиции еще более разжигало Генри. "Форд мотор компни" отнюдь не представляла собой демократическую организацию, а поэтому сам факт моей популярности среди "войск" был достаточен, чтобы убедить Генри в исходившей от меня угрозе.

Однако все эти передряги были сушей мелочью по сравнению с действительно крупными событиями того года.

Осенью 1975 года Генри вызвал Пола Бергмозера и с пристрастием допросил его о характере отношений фирмы с Биллом Фьюгэйзи, который управлял туристской и грузопассажирской компанией в Нью-Йорке и составлял для нас программы поощрения дилеров.

"Вы не опасаетесь Фьюгэйзи?- спросил Генри.- Вы не боитесь закончить свою жизнь с камнем на шее на дне Ист-Ривер?"

Вскоре после этого Генри вызвал меня. "Мне известно, что Фьюгэйзи является вашим близким другом,- сказал он.- Но я начинаю полное расследование его связей".
"В чем проблема?" - спросил я.
"Я полагаю, что он связан с мафией",- ответил Генри.
"Не ставьте себя и смешное положение,- сказал я.- Его дед основал туристскую фирму еще в 1870 году. Кроме того, я был на обеде вместе с Биллом и кардиналом Спеллманом. Билл поддерживает связи с достойными людьми".
"Это мне неизвестно,- отвечал Генри.- Но он владеет таксомоторной компанией, а все таксомоторные и грузопассажирские фирмы являются орудием мафии".
"Вы шутите?- сказал я.- Если он связан с мафией, почему же он терпит такие убытки?" Но этот довод не возымел действия на Генри, и мне пришлось предпринять другой ход. Я напомнил Генри, что именно Биллу Фьюгэйзи принадлежит заслуга того, что папа римский Павел разъезжал в "Линкольне", а не в "Кадиллаке", когда он посетил Нью-Йорк.




Внимание! Тексты принадлежат их владельцам и размещены на сайте для ознакомления. Вы можете использовать эти материалы только в ознакомительных целях - для прочих целей Вы должны купить книгу. Если вы не согласны с данными условиями, вы должны немедленно покинуть сайт.